Зодчий боли: вспоминаем лучшие работы архитектора Леонида Левина

Леонид Левин воспринимал войну как величайшую трагедию и личную боль каждого человека. Это ощущение он пронес через всю жизнь и через свое творчество.

В субботу, 25 июля, лауреату многих премий, одному из создателей мемориального комплекса "Хатынь" могло бы исполниться 90 лет.

Как Машеров приметил Левина

Первое творческое поручение от руководителя республики Петра Машерова Леонид Левин и его постоянный напарник Валентин Занкович получили в 1964 году.

Молодые архитекторы тогда трудились в "Минскпроекте" и считались перспективными, по-хорошему дерзкими и амбициозными специалистами.

У участника войны Петра Машерова тогда появилась идея создать памятник в Россонах, где он партизанил и где находилось братское захоронение около 2000 советских солдат и партизан.

Там же немецкие оккупанты расстреляли местных подпольщиков, в том числе и маму Петра Мироновича Дарью Петровну.

Руководитель БССР лично курировал проект, делился воспоминаниями о войне, детально обсуждал будущий памятник с "ребятами" (так он с первого дня знакомства называл Левина и Занковича).

Мемориальный комплекс в Россонах был торжественно открыт в 1965 году. По воспоминаниям участников, Машеров остался впечатлен работой молодых архитекторов, сумевших гармонично объединить в одно целое масштабную трагедию и личную скорбь конкретных людей.

Такой подход нашел затем развитие и творческое воплощение при создании мемориала "Хатынь", ставшего главным символом трагедии мирного населения и посвященного памяти всех белорусских деревень, сожженных в годы Великой Отечественной войны.

Но сначала был республиканский конкурс проектов. В нем победила работа архитекторов Леонида Левина, Юрия Градова, Валентина Занковича и скульптора Сергея Селиханова.

Почему Фурцева была против

После отбора на конкурсе творческий коллектив приступил к проработке каждой детали, каждого элемента. Авторы буквально жили на пепелище. Они облазили и исследовали каждый метр бывшей деревни, разыскивая старые фундаменты домов, колодцы, контуры улиц.

В результате споров решили не менять рельеф местности, а вписать памятник в существовавший ландшафт.

Но неожиданно проект встретил сопротивление в Москве. Как рассказывал Леонид Левин, тогдашний министр культуры СССР Екатерина Фурцева заявила, что предложенный вариант – это не социалистический реализм, потому что там нет солдата-победителя.

"Хатынь" отстоял Машеров, категорично заявив, что мемориал в республике будут строить так, как видят его авторы.

Основные визуальные элементы к тому времени уже были придуманы, но архитекторы почувствовали, что чего-то не хватало. Подсказало… пение жаворонка на фоне гнетущей атмосферы скорбного места.

Леонид Левин вспоминал, что это было как озарение: у мемориала должен быть свой голос, свой звук. Так в "Хатыни" появился тревожный набат. Колокола спрятали внутрь каждой бетонной печной трубы.

Мемориал под Логойском открыли 5 июля 1969-го. Церемонию приурочили к 25-й годовщине освобождения Беларуси от немецко-фашистских захватчиков.

Любопытно, что авторы проекта не попали в число почетных гостей мероприятия. Чиновники об этом не подумали.

Леонид Левин, Валентин Занкович и Юрий Градов скромно стояли в стороне, в общей толпе. Но их приметил Петр Машеров. Он дал команду охране пропустить "ребят" и пригласил архитекторов подняться на правительственную трибуну.

В 1970 году авторский коллектив, работавший над созданием мемориального комплекса "Хатынь", удостоили Ленинской премии СССР. В Советском Союзе это была вершина признания для любого творца.

Как Ричард Никсон побывал в Хатыни

Леонид Левин работал над созданием многих памятников, но своим главным детищем он считал именно "Хатынь".

С гордостью рассказывал, что во время официального визита президента США Ричарда Никсона в Минск глава Белого дома специально отправился туда.

Никсон и его супруга Патрисия были потрясены трагедией белорусского народа. Американский президент написал в книге почетных гостей, что увиденное в "Хатыни" должно служить вечным напоминанием человечеству о том, как важно сохранять мир и не допускать ужасов войны.

Вскоре после этого визита Левин побывал в США. Когда его представили высокой аудитории как автора "Хатыни", зал встал. Люди узнали о мемориале из интервью Никсона одной из газет, где тот поделился эмоциями от посещения белорусской земли.

Как спасали Троицкое предместье

Из богатого списка наследия Леонида Левина нельзя вычеркнуть ни одну из его работ. Возьмем, к примеру, памятники белорусским классикам: Янке Купале и Якубу Коласу.

Над проектами работал не только Леонид Левин, а целые творческие коллективы, но его роль была чрезвычайно велика. Он прекрасно чувствовал и глубоко понимал особенности городского ландшафта, искусно встраивая в него архитектурные произведения.

Неслучайно у монументов Купале и Коласу любят гулять и встречаться минчане и гости белорусской столицы.

Еще одна важная веха в биографии Леонида Левина – работа в 80-е годы прошлого столетия над возрождением Троицкого предместья.

Этот исторический квартал мог попасть под снос и превратиться в застройку из стекла и бетона. Но Леонид Левин, будучи руководителем мастерской "Минскпроекта" по застройке центра, сумел доказать, что Минску необходимо сохранить хотя бы часть его истории. Архитектор был против новоделов.

Левин и Градов настояли на том, что Троицкое предместье должно быть не мертвым музеем под открытым небом, а живым уголком города с уютными кафешками, магазинами, книжными лавками, мастерскими.

В результате домам решили вернуть аутентичные черепичные крыши, кованые ажурные решетки, старинные формы окон, арки и деревянные ставни, на улицы – уложить брусчатку.

Идея горожанам понравилась: на стройку потянулись сотни добровольных помощников. Приобретенный опыт пригодился затем при реконструкции Верхнего города и Раковского предместья.

Получились уголки большого города, где царит особая атмосфера, наполненная звуками, мелодиями, ароматами, а время течет медленнее.

Вспомним также такие работы Леонида Левина, как здание МИД, станции метро "Площадь Ленина" и "Немига", выставочный павильон "БелЭкспо" (то самое здание-"ромашка" с уникальной для своего времени подвесной крышей).

Что должны чувствовать люди возле "Ямы"

Но все же главной темой для Левина оставалась война.

В 1974 году в соавторстве с Юрием Градовым и скульптором Анатолием Аникейчиком был создан мемориальный комплекс "Прорыв" в Ушачах.

В бетоне они воплотили один из эпизодов Великой Отечественной войны, когда партизанские бригады оказались в плотном окружении карателей, но все же смогли вырваться.

Из блокады тогда вышли более 17 000 партизан и 15 000 мирных жителей.

В 2000 году в Минске появился мемориал "Яма". На этом месте 2 марта 1942-го фашисты за один день расстреляли около 5000 узников Минского гетто, среди которых было более 200 обитателей детского дома.

Леонид Левин вместе со скульпторами Эльзой Поллак и Александром Финским превратил это страшное пространство в один из самых пронзительных памятников холокосту в мире.

Авторы хотели, чтобы люди спускались по лестнице ко дну оврага, вглядываясь в бронзовые фигуры и физически ощущая их близость. Левин обращал внимание, что силуэты специально были сделаны не конкретными и узнаваемыми: только лики, тени.

"Мне захотелось создать композицию, видя которую, люди бы смогли прочувствовать до мозга костей отчаяние и страх евреев, спускающихся в яму на погибель. Но в то же время их мужество... Поднятые гордо головы говорят о многом..." – признавался архитектор журналистам.

Еще одна пронзительная работа, созданная Левиным, – мемориал детям – жертвам войны в Красном Береге, что на Гомельщине.

Он был возведен в 2007-м на месте, где в годы войны действовал нацистский донорский концлагерь. У беззащитных детей в возрасте от 8 до 14 лет здесь брали кровь для раненых солдат и офицеров вермахта.

Установлено, что через лагерь прошло по меньшей мере 1990 детей. Имена установлены лишь 15 из них.

Архитектору удалось передать страх и боль детей, на чью долю выпала война. Леонид Левин признавался, что испытывал глубокое потрясение и даже оцепенение от людских трагедий времен Второй мировой войны.

Последние годы жизни Леонид Левин посвятил работе над мемориальным комплексом на месте лагеря "Тростенец".

Это был крупнейший лагерь смерти на территории оккупированного СССР. По уточненным данным, через него прошло не менее 546 000 человек: советские военнопленные, партизаны, подпольщики, узники Минского гетто, а также депортированные евреи из Германии, Австрии и Чехословакии.

Мастерская Левина представила масштабный проект, который, по сути, стал творческим завещанием заслуженного архитектора.

Увы, ему не довелось увидеть комплекс завершенным: 1 марта 2014 года Леонид Менделевич умер в возрасте 77 лет.

Работу над его концепцией продолжил объединенный коллектив архитекторов, куда вошла и его дочь Галина.

Первый этап мемориала ("Врата памяти") был открыт в 2015 году, мемориальное кладбище в Благовщине по проекту Левина – в 2018-м.

Все, кто знал Леонида Левина, говорили, что он был человеком невероятной внутренней силы. Умел говорить правду языком искусства, даже если это кому-то не нравилось.

А еще он обладал удивительной способностью сопереживать чужой боли, создавая пронзительные образы. И делал это с большой любовью к людям.