Новый альянс создан на Ближнем Востоке: эксперт – о цели и перспективах

Саудовская Аравия, Турция и Пакистан 7 августа заключили общий оборонный договор. Документ получил название "Соглашение Мекки о совместной обороне".

Таким образом, в Азии появился новый военный альянс "исламский треугольник", или "Мекканский пакт", который неофициально стали называть ближневосточным НАТО.

Что это за союз, почему он был создан и какое будущее может ждать альянс, объясняет заместитель начальника факультета Генерального штаба Вооруженных Сил Республики Беларусь Андрей Богодель.

Причины создания тройственного союза

Целью соглашения объявлено укрепление коллективной безопасности, содействие миру и стабильности не только в регионе, но и за его пределами.

Основополагающий принцип документа: любое вооруженное нападение на одного из участников альянса будет рассматриваться как атака на всех троих.

Как отмечает Андрей Богодель, создание военного союза стало следствием эскалации конфликта на Ближнем Востоке. Он непосредственно затронул Эр-Рияд и привел к серьезным проблемам в судоходстве через Ормузский и Баб-эль-Мандебский проливы.

В регионе до настоящего времени было два центра силы исламского мира: Саудовская Аравия для суннитов и Иран для шиитов.

Конфликт между Тегераном и Вашингтоном существенно усилил позиции Исламской республики и поддерживаемых ею йеменских хуситов, что сильно беспокоит Саудовскую Аравию.

Пересечение интересов США, глобалистов и Израиля

По словам Андрея Богоделя, нынешняя администрация Белого дома проводит на Ближнем Востоке политику, направленную на изменение баланса сил.

"С одной стороны, осуществляется давление на «империю глобалистов», с другой – идет принуждение саудитов и других монархов залива к заключению Авраамических соглашений", – говорит эксперт.

И уточняет, что подобные шаги, по мнению администрации Трампа, должны не только вернуть деньги в США, но и помочь Израилю, возложив ответственность за безопасность на Ближнем востоке на страны региона, где мнение Тель-Авива будет определяющим.

Саудиты рассматривают заключение Авраамических соглашений как неприемлемый шаг, который может существенно подорвать их авторитет в исламском мире.

"Очевидно, что такой расклад не может устраивать ни евроглобалистов, которые всячески игнорируют и противодействуют политике Трампа на Ближнем Востоке, ни государства Персидского залива, которые чувствуют себя втянутыми в американскую авантюру", – считает Андрей Богодель.

С начала войны в Персидском заливе Саудовская Аравия заметно активизировала сотрудничество с Турцией и Пакистаном, которые готовы взять на себя роль посредников в дипломатическом урегулировании конфликта.

Создание военного союза необходимо саудитам также из-за завершения этапа деэскалации с хуситами. В июле 2026 года движение Ансар Аллах обвинило Эр-Рияд в блокаде и отказе выполнять требования по приему самолетов, а также в подготовке наземной операции против Йемена.

Роль и интересы Британии

По мнению Андрея Богоделя, Лондон в регионе ведет свою глобальную игру, создавая своего рода новый проект Ост-Индской компании, которая выходит за рамки интересов государств и формирует современную модель доминирования транснациональных корпораций и глобальных финансовых институтов. Как считает эксперт, так Великобритания сможет влиять на политику суверенных государств и международных институтов.

"Если посмотреть на страны, формирующие данное соглашение, то в той или степени за ними торчат «британские уши»", – говорит эксперт.

Лондон и Анкара координируют действия по вопросам безопасности на Ближнем Востоке, в Черноморском регионе и на Южном Кавказе. В отличие от ряда других европейских стран, Великобритания часто занимает более сдержанную и понимающую позицию в отношении военных операций Турции.

Британцы выступают одними из ключевых торговых партнеров Пакистана в Европе. Там проживает крупная и влиятельная пакистанская диаспора (более 1,5 миллиона человек).

Лондон и Пешавар имеют многолетние тесные связи. Оба государства входят в содружество наций, которой руководит король Карл III, что облегчает дипломатическое и межгосударственное взаимодействие.

"Имеется информация, что в появлении ядерного оружия у Пакистана не последнюю роль сыграл Туманный Альбион. Между государствами постоянно поддерживается тесная военная связь. Достаточно вспомнить, что оба входили в "Багдадского пакт" (СЕНТО), как, кстати, и Турция", – говорит эксперт.

Британия умудряется долгое время поддерживать тесные стратегические отношения и с Саудовской Аравией. Они затрагивают не только вопросы торговли и энергетики, но и сферу обороны и безопасности.

Лондон традиционно является ключевым финансовым хабом для саудовских капиталов и масштабных инвестиций в рамках стратегии "Видение 2030".

"Поэтому очень важно рассматривать данный союз и с точки зрения глобальных интересов сильных мира сего. Исходя из состава участников соглашения и заинтересантов, нельзя исключать, что осуществляется реанимация военного альянса «СЕНТО 2.0» – Организации центрального договора, созданной в далеком 1955 году и просуществовавшей почти четверть века под покровительством Лондона и с благословления Вашингтона", – говорит Андрей Богодель.

В чем сила альянса

Военное сотрудничество между тремя странами Мекканского пакта существует уже давно. Пакистан десятилетиями занимается подготовкой саудовских военнослужащих и оказывает Эр-Рияду техническую помощь.

Турция и Пакистан регулярно проводят совместные программы подготовки личного состава и поставляют друг другу военную технику.

Турция располагает второй по численности армией в НАТО после США. Саудовская Аравия является крупнейшей державой Персидского залива, хранителем двух главных святынь ислама – Мекки и Медины, и одним из ведущих мировых экспортеров нефти. Пакистан остается единственной мусульманской страной, обладающей ядерным оружием.

Андрей Богодель подчеркивает, что сегодня у альянса вырисовывается одна большая проблема – отсутствие между государствами общих сухопутных границ, что существенно снижает возможности по взаимной поддержке.

"Тем не менее, появляется не просто новый игрок. Вероятно, мы являемся свидетелями, с одной стороны, начала раздела мира на макрорегионы, с другой – попыток некоторых государств, прежде всего Британии, встроиться в новую систему мира, действуя на опережение", – объясняет эксперт.

При этом, по его словам, будет некорректно сбрасывать со счетов США. А развитие конфликта на Ближнем Востоке в перспективе потребует пересмотра роли Китая как глобального игрока, влияющего не только на экономические, но и на военные процессы.

Какое будущее у нового объединения?

Таким образом, резюмирует Андрей Богодель, данный альянс нельзя назвать исключительно оборонительным, поскольку он предусматривает применение силы за пределами территорий стран соглашения.

Появление "исламского треугольника" может существенно изменить баланс сил в регионе.

По мнению эксперта, противниками и конкурентами могут стать:

• Иран как центр шиизма и глобальный игрок в Персидском заливе, Красном море и Каспии
• йеменские хуситы, контролирующие Баб-эль-Мандебский пролив и вызывающие повышенное беспокойство у Саудовской Аравии
• Израиль как государство, претендующее на лидирующее положение в регионе, не признающее Палестину и пропагандирующее сионизм как главенствующую идеологию.

Важно отметить, что все три члена "Мекканского пакта" не имеют с Израилем дипломатических отношений: Турция разорвала их в 2024 году, а Пакистан и Саудовская Аравия вовсе не признают его как государство.

"Со временем в череде противников и конкурентов могут оказаться Индия и страны, влияние которых распространяется на Южный Кавказ, Центральную Азию и чье присутствие в Сирии и Африке может оказаться неуместным", – добавляет эксперт.

Наиболее вероятными союзниками данного альянса он называет прежде всего Великобританию, чьи интересы в вышеперечисленных регионах очевидны.

"И США никуда из региона не денутся. Посредством использования своего влияния на политические и экономические процессы они будут контролировать Ближний Восток и извлекать сверхприбыли с продаж систем вооружения, изменений цен на энергоресурсы и контроля логистики", – полагает Андрей Богодель.