Все победили, но остались врагами: чего ждать от ирано-израильского конфликта дальше

После 12 дней боев, ракетных ударов и тайных операций на Ближнем Востоке наступило хрупкое перемирие. Иран и Израиль объявили о победе, но за громкими заявлениями скрывается простая истина: ни одна из сторон не добилась решающего успеха.

Конфликт заморожен, но не закончен – и следующая эскалация может быть куда опаснее.

О промежуточных итогах 12-дневной войны между Тегераном и Тель-Авивом, а также о том, как могут в дальнейшем развиваться события, поговорили с заместителем начальника факультета Генерального штаба Вооруженных Сил Беларуси Андреем Богоделем.

Израиль выбрал момент и захватил инициативу

По мнению военного эксперта, Израиль для нанесения удара выбрал максимально благоприятное время.

Во-первых, шли переговоры по Иранской ядерной программе в Омане, очередной раунд которых был назначен на 15 июня. Это, безусловно, усыпило бдительность Тегерана.

Во-вторых, "ось сопротивления" – сеть прокси-группировок, которую Иран выстраивал два десятилетия, – была максимально ослаблена в ходе предыдущих конфликтов. Прежде всего это касается "Хезболлы", "Хамаса" и проиранских сил в Сирии.

В-третьих, неопределенные взаимоотношения с партнерами, прежде всего с Россией и Китаем. Это относится в том числе к несвоевременно ратифицированному Тегераном договору о стратегическом партнерстве с Москвой.

"Выбранный момент и фактор внезапности дал возможность Израилю одержать ряд пусть и ситуативных, но очень важных побед. Операция «Восставший лев» на начальном этапе дезорганизовала систему госуправления Ирана: были поражены центры принятия решений и убиты несколько представителей военно-политического руководства страны", – отметил Андрей Богодель.

"Разведывательная служба «Моссад» и разведка генерального штаба «Аман» провели специальную операцию по поражению объектов связи, разведки и убийству физиков-ядерщиков и высокопоставленных должностных лиц Ирана. Израиль сумел на протяжении всего конфликта, не без помощи американцев, удерживать инициативу в своих руках", – объясняет эксперт.

При этом Тель-Авив действовал не в одиночку: США не только поддержали его политически, но и направили к его берегам три авианосные группы, усилили ПРО и нанесли удары по ядерным объектам в Фордо, Натанзе и Исфахане.

• не удалось посеять панику и неразбериху в системе государственной и местной власти Ирана
• не получилось задействовать "пятую колонну"
• ядерные объекты Тегерана были повреждены, но не уничтожены
• ЦАХАЛ не смог эффективно противостоять иранским ракетным ударам.

Чем ответил Тегеран

Тегеран, несмотря на потери, быстро восстановил управление и уже через 8 часов начал контратаку.

Иранские ракеты смогли пробить эшелонированную систему противоракетной обороны Израиля. Корпус стражей исламской революции (КСИР) провел, хоть и с опозданием, зачистку агентурных сетей "Моссада". А по всей Исламской республике прошли митинги в поддержку властей, носящие антисионистский и антиамериканский характер.

Почему Иран остался без поддержки союзников

Однако международная поддержка Ирана, по мнению аналитика, оказалась формальной. Его сторонники ограничивались политическими заявлениями, никаких действий экономического или военного характера не предпринималось. Такое положение свидетельствует о незаинтересованности их в сильной позиции Тегерана в Ближневосточном регионе.

И это объяснимо: Иран ценен не столько как союзник, сколько как важный транспортный узел. Через него проходят: международный коридор "Север – Юг", торговый маршрут Шелкового пути из Китая в Европу, а также альтернативный маршрут: Индия – Ближний Восток – Европа, в котором заинтересованы Дели и Вашингтон.

"Поэтому немного ослабленная позиция Ирана будет способствовать несколько большей его сговорчивости по всем вышеперечисленным причинам. Это еще раз подтверждает тезис о том, что в настоящее время никакие экономические, финансовые организации не гарантируют безопасность так, как военные союзы и соглашения", – пояснил специалист.

В то же время, по его словам, падение "режима Аятоллы", о котором заявлял Нетаньяху, невыгодно многим "сильным мира сего", поскольку внесло бы еще больше хаоса и неопределенности в и без того неспокойный регион.

Почему конфликт "заморозили"

Как отметил эксперт, американские авианосцы шли на помощь Израилю, чтобы, в случае реализации самых радужных планов смены иранского режима, поддержать Тель-Авив военной силой.

"Но после того как результаты реализации этих планов стали неочевидны и как только вооруженный конфликт мог начать скатываться в фазу затяжной войны, Вашингтон постарался быстро поставить точку", – подчеркнул замначальника факультета Генштаба ВС Беларуси.

Он пояснил, что, с одной стороны, воздушные удары и специальная операция не принесли своих результатов, с другой – было четкое понимание, что одержать победу без наземной операции невозможно, а собрать, и тем более перебросить, нужную группировку просто нереально.

Также нельзя было не учесть интересы государств Персидского залива, с которыми месяцем ранее Дональд Трамп заключил соглашения на триллионные суммы и которым затяжная война была просто не с руки.

Чего добились стороны конфликта

В итоге стороны ограничились тем, что есть. Так, по мнению Богоделя, Израиль вынужден довольствоваться частными успехами, которые при умелом и своевременном использовании могут сулить существенные дивиденды. В частности:

• неспособность Ирана в настоящее время оказывать помощь своим прокси открывает перспективы Тель-Авиву для их полного уничтожения в Секторе Газа, Ливане и решения своих национальных интересов на юге Сирии
• возврат при содействии США к заключению Авраамовых соглашений
• укрепление своего положения в богатейшем в мире регионе на правах анклава Западного мира.

"Сейчас Израилю надо действовать максимально быстро, поскольку время на стороне Ирана, который, как лев, слегка ранен, но не повержен", – констатировал аналитик.

"Исламскому государству самое время пересмотреть свою внешнюю политику, укрепить свои позиции на взаимовыгодной основе. Вектор приложения усилий в поиске военных союзов предельно ясен – от России до Северной Кореи", – добавил он.

По мнению эксперта, недочеты военного строительства необходимо срочно устранять, прежде всего за счет повышения боеспособности авиации, создания адекватной угрозам системы ПВО страны, усиления разведки (от космической до агентурной) и автоматизации систем управления различного уровня.

Ядерный вопрос

Главная нерешенная проблема – это ядерная программа Ирана.

"Неизвестно, насколько центры ядерных исследований и производств пострадали в ходе бомбардировок. Тегерану, безусловно, выгодно сейчас поддержать заявление Трампа и признать их разрушение. Зачем на разрушенный объект водить комиссии, инспекции и что-то доказывать, все и так понятно", – рассказал Андрей Богодель.

Гибель двух десятков физиков-ядерщиков – болезненная, но тоже некритичная потеря, поскольку там уже создана своя научная школа и наработаны технологии.

При этом важным остается факт, что Иран все-таки не имел ядерного оружия, о чем свидетельствуют высказывания директора национальной разведки США Тулси Габбард и главы МАГАТЭ Рафаэля Гросси.

А самое главное, что запрет на производство оружия массового поражения в Исламской республике закреплен фетвой рахбара (духовного лидера), а фетва – это религиозный указ, который обязателен к исполнению всеми. Пожелает ли рахбар отменить фетву после произошедших событий – никому не известно, добавил аналитик.

"Вместе с тем вряд ли кого-то из сильных мира сего устроит появление у Ирана ядерного оружия", – полагает специалист.

Поэтому велика вероятность заключения соответствующей сделки, которая позволит Исламской республике работать над мирным атомом без возможности его обогащения до оружейных показателей, под соответствующие гарантии России, Китая и США.

Перемирие есть, а мира нет

Вместе с тем Израиль и Иран по-прежнему остаются непримиримыми врагами.

Тель-Авив считает Иран экзистенциальной угрозой и хочет смены его теократического режима. А Тегеран называет Израиль "малым сатаной" (США – "большим") и официально ставит цель: "уничтожение сионистского образования".

"Противоречия носят идеологический непримиримый характер с религиозным оттенком, а следовательно, военный конфликт в регионе может вспыхнуть в любое время", – резюмировал Андрей Богодель.

Получается, новое обострение – это лишь дело времени. Вопрос лишь в том, когда и в какой форме оно произойдет.